Представляем вниманию читателей статью профессора КБГУ Тхагапсоева Хажисмеля Гисовича, опубликованную почти четыре года назад в "Газете Юга" за 02.07.2020 г.  Статья посвящена состоянию дел в Кабардино-Балкарском государственном университете им. Х.М. Бербекова на тот период. Однако, мы сочли нужным снова вернуться к затронутым автором вопросам и перепечатать статью Тхагапсоева, поскольку многие проблемы главного вуза Кабардино-Балкарии остаются актуальными и сегодня.

 За фасадным лоском 

Юрий Камбулатович Альтудов относится к числу пер­вых фигур новейшей истории КБР, берущей отсчет от 90-х. В ту пору он за считанные меся­цы преодолел путь от руководи­теля среднего звена в ПО «Элькор» до председателя Госком­имущества и вице-премьера - должности, значившей в ту пору больше, чем премьер, даже пре­зидент. Оставался на этом посту на всем протяжении эпохи пер­воначального накопления на­шими капиталистами и сумел тихо его покинуть с репутаци­ей без явного порицания: «бо­гат, но хитер и умен - не приде­решься».

В КБГУ он был встречен с на­деждой на свершения «крепко­го хозяйственника» - по зар­плате прежде всего. А когда за­теял ремонты, пошли вслух и одобрения, хотя зарплаты так и оставались низкими, - но наде­ялись, что займется и этим во­просом. Увы, не занялся. Более того, как показали время и со­бытия, роль ректора для Юрия Камбулатовича оказалась ошибкой, чреватой для него по­терей репутации, а для КБГУ - сползанием к конфликтам и деградации.

Ныне фасады КБГУ в порядке, но под вопросом те самые осно­вы, на которых все и держится: от академической культуры до климата доверительного кол­лективизма.

Разумеется, это случилось не в одночасье, хотя поводы к тре­вогам появились с начала рек­торства Ю. Альтудова. Ректо­ры, как правило, много и терпе­ливо общаются с учеными (так ищутся и строятся реальные пути и механизмы успешного развития любого вуза). Альтудов этого явно избегал, что по­началу отнесли к нехватке опы­та. Но со временем стали заме­чать и другие странности в его подходах. Без обоснований и обсуждений, без учета мне­ния ведущих ученых затевались различные преобразования (то дробление, то слияние институ­тов, факультетов, кафедр, отде­лов). При этом с легкостью менялись руководители подраз­делений, состав Ученого совета вуза - в нем вскоре не стало ав­торитетных ученых. Постепенно стало очевидно, что под лозун­гом «обновление» КБГУ теряет вузовскую традицию публично анализировать проблемы сво­его развития всем профессор­ско-преподавательским соста­вом во главе с ректором. Теперь все решалось «где-то там», как в бизнесе: в кругу своих и «по понятиям». К тому же к разо­чарованию коллектива выяс­нилось, что ректор - не мастер публичной коммуникации и открытых полемик, без чего рек­торство в восприятии ученого мира становится просто чи­новным местом, не очень почи­таемым в этой среде. Ректорат стал насаждать чуждые вузу методы: фаворитизм, принятие решений за спиной коллекти­ва, их продавливание «админи­стративным прессом». Подоб­ная стилистика ожидаемо при­вела не только к напряжению и недовольству в коллективе, но и к так называемому «негативно­му отбору кадров». В ряды проректоров, директоров институ­тов, завкафедрами, членов уче­ных советов пришли работники, достоинство коих разве что в го­товности проводить «линию на­чальства», даже если она вызы­вает серьезные вопросы. И на­чальников стало куда больше.

Неадекватно оценивались ориентиры и механизмы разви­тия современного университета: подавлялась вузовская демо­кратия, продвигались вверх не профессиональные, а удобные.

В итоге дела в КБГУ ныне обстоят далеко не «по- университетски»: здесь царят страх, подозрительность, ин­триганство, доносительство, от­равляющие моральную атмос­феру в коллективе. Порой дохо­дит до абсурда. Человек из ректорской команды, заметив, как группа профессоров что-то об­суждает, вызывает наряд поли­ции: «здесь проходит митинг». Такая вот «культура» и «стили­стика» управления. Кто не готов ее принять, рискует рабо­той (профессор Шхануков, про­фессор Культербаев, профессор Беева, доцент Едгулова, доцент Баразбиев...).

Ведущие профессора КБГУ, известные на научной арене России и за ее пределами, по­лучают около 30 тыс. в месяц, В то время как помощники и помощницы ректора с непонятны­ми ролями и функциями - 200, 300, а то и 500 тысяч. Зарпла­ты проректоров зависят не от их квалификации и авторитета в коллективе, а от личного рас­положения ректора.

Между тем министерство, судя по всему, выделяет КБГУ немалые средства (и образо­вание здесь платное). Одна­ко деньги идут не на рост зар­плат, не на «внутренние гран­ты» в интересах развития вуза, а на ремонты, которые со вре­менем стали просто насторажи­вать, вызывать сомнения. Поче­му они не включают модерни­зацию инженерных сетей, ре­визию и усиление несущих конструкций зданий? Почему обходят проблемы «оседания» зданий и грунтовых вод? Почему не предусматривают переход на энергоэкономные технологии? Ведь большинство зданий КБГУ вводилось в строй в 30-60-х го­дах прошлого века и нуждает­ся в решении именно указанных проблем.

Сомневаются в целевом ха­рактере использования средств. Сомневаются в «стерильности процедур» отбора подрядных организаций: не связаны ли они с ректором (как и появившие­ся в университете в последнее время малопрозрачные биз­нес-структуры)? Остро ставится и вопрос о явно нецелевом ха­рактере использования боль­ших площадей общежитий.

За годы его ректорства прием на высоких уровнях подготов­ки (ординатура, магистратура, аспирантура), на чем куется на­учно-педагогический потенци­ал и профессионализм вуза, со­кратился в 2-2,7 раза; сократи­лось и общее количество бюд­жетных мест в КБГУ - на 25%. Прекращена подготовка по ряду специальностей, благоприят­ных для развития малого биз­неса в КБР. Потери таковы, что КБГУ фактически утратил при­нятую в России кадровую структуру вуза, которая требует, что­бы научно-педагогические ра­ботники составляли не менее 65-70% работающих в его сте­нах. Сегодня их всего лишь око­ло 40%. Под вопрос поставлена сама перспектива существова­ния университета в статусе государственного академического бюджетного учреждения.

Причины опасного отката в КБГУ оцениваются по-разному. Если одни связывают это с ошибками и промахами управ­ления, то другие склонны ви­деть за этим расчет. А имен­но - прицел на превращение КБГУ со временем в так назы­ваемое «автономное бюджет­ное учреждение». Это означа­ло бы многократное возраста­ние полномочий ректора: уход от казначейства и его контро­ля, от госзакупок и их проце­дур; право распоряжаться всем имуществом, пользоваться кре­дитами. Возможен даже особый порядок управления вузом - на­значение ректора на любой срок (а не избрание на 5 лет, как ныне водится). Законы РФ допускают все это. Но для КБР это означа­ло бы потерять КБГУ, отдать его «в руки бизнеса».

КБГУ и в самом деле все больше напоминает простран­ство бизнеса, где академизм далеко не на первом плане, как принято в вузовском мире. В приоритете деловая активность, деньги. На этом фоне сложилось мнение, что Ю. Альтудов в соз­данной им системе управле­ния выступает в двух лицах: как ректор КБГУ и как его генераль­ный подрядчик (через свои биз­нес-структуры).

Здесь могут последовать и возражения: КБГУ недавно про­шел аккредитацию, значит, рек­торат на уровне...

Да, аккредитация состоялась. Но это большей частью резуль­тат достижений былых ректо­ров. Ведь университет еще 7-8 лет назад устойчиво занимал лидерские позиции в ряду клас­сических университетов РФ. Бо­лее того, из научных школ КБГУ, созданных при прошлых ректо­рах, выросли исследователь­ские институты, вошедшие впо­следствии в состав Российской академии наук (Институт эколо­гии горных территорий, Инсти­тут прикладной математики). Продолжают действовать и на­учные школы по физике и химии, возникшие еще при В. Тлостанове. В КБГУ пока трудятся из­вестные ученые - члены автор­ских коллективов энциклопеди­ческих изданий РАН. К тему же при прошлых ректорах универ­ситет Сумел освоить подготовку ПО ряду новых сложных направ­лений: робототехника, системо­техника, молекулярная биоло­гия. Все это и определяет облик науки и планку профессиональ­ной подготовки в КБГУ сегодня.

Годы правления Ю. Альтудо­ва, увы, ничего не прибавили. Былое внимание КБГУ к фун­даментальной науке замеще­но дружбой ректората с Рос­сийской венчурной компанией (РВК). Следом пришла и мода на «активность напоказ» - эф­фектные виртуальные техноло­гии: вебинары, хакатоны и пр., что жаргонно именуется «ки­пение». Кипение было - плодов не видно. Разве что «рост рей­тинга КБГУ» в реляциях фир­мы «RAEX-аналитика», заня­той вообще-то выстраивани­ем за хорошие деньги хороших рейтингов для хороших банков. В официальном рейтинге вузов страны мы на 526 месте (среди 709 вузов РФ). Притом что Се­веро-Кавказский институт ис­кусств - на 218 позиции. Такого в истории нашего университета еще не было. Остается лишь до­бавить, что РВК, которая ряд лет гордо подавалась как особый партнер КБГУ по «высоким тех­нологиям», находится под след­ствием ФСБ по поводу финансо­вых махинаций. Каким отсветом это ляжет на КБГУ?

При всем этом коллектив университета мирился с прав­лением Альтудова до истече­ния срока его полномочий (сен­тябрь 2019 г.) в надежде при­стойно расстаться. Но он сумел продлить срок своего ректор­ства, а затем затеял «выборную конференцию» с участием все­го 155 человек (в почти двух­тысячном коллективе!), в чис­ле которых было лишь 40 пре­подавателей, с целью избрать себе удобного преемника и да­лее оставаться «при делах». По­сле проверки итоги выборов были аннулированы как не вы­зывающие доверия. Тем не ме­нее Ю. Альтудов на посту, а вы­боры нового ректора отложены на неопределенный срок. Про­должается эскалация конфлик­тов, углубляются расколы и не­довольство в коллективе, КБГУ с каждым днем теряет темпы развития. И если все это до сих пор не приняло характер взры­ва, то только по одной причине, все еще есть надежда, что ситу­ацию можно взять под контроль л обеспечить выборы ректора, способного консолидировать коллектив КБГУ.

Давно зная Ю. Альтудова, пытался что-то подсказы­вать, советовал даже уйти из КБГУ, обнулив таким образом все конфликты. В вузе особую роль в лидерстве играют ма­стерство, свобода, глубина и открытость коммуникации ректора с коллективом. Юрий Кам­булатович - лидер совсем иного склада. Он мастер и ас прагма­тичных расчетов, непубличной тактики действий и достижения цели всеми возможными сред­ствами. Главное же для совре­менного ректора - быть «ком­муникатором», объединяющим коллектив и его идеи, берущим личную ответственность за ре­шение его болевых проблем. Он мог публично заявить: «Я не отвечаю за зарплату, этот вопрос я поручил тому-то» - и назвать имя рядового чиновника из своего аппарата, перечеркивая себя как лидера в восприятии коллектива. К тому же «особым фактором» стало его неудачное окружение. Оно не сумело по­нять, что без участия реальных (не назначенных приказом) ли­деров в вузе невозможно спла­чивать коллектив и успешно решать проблемы развития. Не говоря уже об агрессивности этого окружения и его неприличной упоенности собой и своей ка­рьерой, что отвращало всех и вся от ректора.

КБГУ в последние годы утратил не только сплоченность и творческий заряд, но еще мно­гое в масштабах, ориентирах и темпах академического развития. И все же главное - поскорее восстановить здоровую мораль­но-психологическую атмосфе­ру в коллективе. Только это по­зволит университету оправить­ся, наверстать упущенное, а затем и оседлать ту волну науч­но-технологического прогрес­са, которая ныне набирает обо­роты, обещая преобразить эко­номический и культурный облик мира. Здесь каждый упущенный день может обернуться отстава­нием навсегда.

  

Хажисмель ТХАГАПСОЕВ, 
профессор, доктор философских наук.

 

 

лента новостей

посещаемость

Пользователи
1
Материалы
1625
Кол-во просмотров материалов
10446240