В настоящее время мы переживаем, пожалуй, самый тяжелый кризис родных языков КБР за все время существования наших народов — кабардинского, балкарского.
«К числу вымирающих ЮНЕСКО относит адыгейский, кабардино-черкесский, карачаево-балкарский, ингушский, чеченский, абхазский, осетинский и некоторые другие языки» К этой же группе относятся языки народов Дагестана (http://www.kavkaz-uzel.eu/articles/150042/).
Особенно тяжелая ситуация сложилась с адыгскими диалектами. После депортации в результате Русско-Кавказской войны огромное большинство адыгов оказалось в Турции, позже значительное число махаджиров-черкесов расселилось по всем континентам и странам мира. Но большая часть так и осталась в Турции. Однако и в самой большой адыгской диаспоре   – турецкой (насчитывает по разным данным от 3 до 5 млн. человек в среднем) складывается та же ситуация, что в России: «PanARMENIAN.Net сообщает, что в Турции, по данным ЮНЕСКО, на грани исчезновения находятся 15 языков, в число которых входят... абхазский, адыгейский и кабардино-черкесский» (там же). Такая же тревожная ситуация наблюдается в других странах проживания черкесской диаспоры. Необходимо подчеркнуть, что кабардинский,(признанный  литературным, и другие адыгские диалекты не имеют аналогов во всем мире (как грузинский, например), что ставит их в особенно тяжелое положение, в отличие от карачаево-балкарских языков, которые можно будет восстановить при более благоприятных условиях, ориентируясь, например, на сходные  северные диалекты крымско-татарского языка или кыпчакско-булгарской субгруппы.
Ведущие лингвисты-кавказоведы определяют 25 – 50 лет существованию  национальных языков. В апреле 2014 года, когда принимался закон о языках и образовании представителями общественности КБР был предпринят целый комплекс мер: проведено несколько круглых столов по прояснению, оптимизации «Закона об образовании» и «Закона о языках». Было внесено около 80 поправок. Нами были составлены обращения на имя Президента РФ В.В. Путина, Председателя Правительства РФ Д.А. Медведева, Президента Российской Академии наук В.Е. Фортова, Главы КБР Ю.А. Кокова, Министра образования КБР Н.Г. Емузовой и др. Но во втором и третьем чтении в Парламенте КБР «Закон об образовании» остался практически без изменений: снова было принято изучение родного языка как предмета 2 – 3 часа в неделю. В ответ на это было добровольно собрано более трех с половиной тысяч подписей.
Однако широкое общественное движение, связанное с необходимостью языковой реформы, не оказало никакого реального воздействия: был подписан новый «Закон о языках», который предполагает примерно тот же несостоятельный вариант, который длился 50 лет. При формальном содействии в принятии решений по «Закону о языках» и «Закону об образовании» властными структурами общественные инициативы на самом деле не были учтены.
С тех пор ситуация имеет тенденцию к ухудшению, это связано с первую очередь с преподаванием родных языков в 10-11 классах в КБР, который был широко освещен в соц. сетях. Инцидент прояснился, когда были выложены комментарии заслуженного учителя РФ М. Баговой, преподающей в 14 школе кабардинский язык и литературу.  
Мы считаем необходимым прокомментировать эту ситуацию, так как явились инициаторами обращения к Главе КБР Ю.А. Кокову по этой проблеме.  Ситуация в 14 школе важна не столько сама по себе, – она протирается гораздо шире и выше, – это лишь видимая «верхушка айсберга», которая позволяет судить о его наличие. Проект,  спущенный для реализации в 14 школе, был «пилотным», – если бы он успешно реализовался, от родных языков в старших классах постепенно отказались бы все школы республики.
Мы сразу же были поставлены в известность о ситуации в 14 школе, однако никаких прямых свидетельств происходящего не могли предъявить, так как их (анкет) не было ни у кого из свидетелей: родителей, учителей, учащихся. Кроме того, мы не могли ссылаться на свидетельские показания, так как огласка свидетелей была и остается анонимной по известным причинам (это могло им повредить).
Анализируя два опубликованных материала — интервью директора 14 школы с А. Герговой и письменный ответ на обращение Главе республики из Министерства Образования КБР, – бросается в глаза несоответствие: в интервью директор говорит о том, что все ученики выбрали краеведение, отказавшись от родных языков. В письме из министерства по этому поводу читаем: «не подтвердился факт замены родных языков  учебным курсом «Краеведение». Учителя родных языков МКОУ «Гимназия №14 Э.К. Кудашева» продолжают работать с прежней часовой нагрузкой». Мало того, что материалы интервью и официального письма противоречат друг другу по принципиальной позиции, – в обоих случаях имеет место дезинформация, которую мы ранее не могли опровергнуть только потому, что не было свидетелей.
Анализируя данную ситуацию, мы сталкиваемся с целым комплексом проблем, которые невозможно объять целиком, поэтому остановимся на тех из них, которые нам кажется наиболее важными.
Мы задаемся таким вопросом: почему стал возможен сам выбор изучения или неизучения родных языков в условиях их стремительного угасания? Почему, к примеру, детей и родителей не ставят перед выбором изучать или не изучать иностранный язык в 10-11 классах? (Или любые другие предметы, например, математику для будущих филологов или литературу для математиков или экономистов?) Притом, что английский или немецкий – негосударственные языки. Тем не менее, преподавание иностранных языков оказывается вне обсуждения и их обучение проходит безоговорочно. Но если кабардинский или балкарский – такой же государственный язык, как русский, то почему ставится сама проблема выбора? И почему проблема выбора стоит только в отношении этого единственного предмета? Мы за безоговорочное преподавание иностранных языков и всех остальных предметов. Но мы против циничной сегрегации родных языков.
Другой вопрос: когда школьный план зависел от прихоти родителей и детей и формировался по их представлению? Кто изобретает возможность такого вопиюще непрофессионального вмешательства в план обучения? Мы внимательно изучали положения федерального, республиканского кодекса, а также  все пункты закона о языках, но не нашли ни одного упоминания о так называемом добровольном выборе ни со стороны родителей, ни со стороны детей. При всей своей очевидной абсурдности, этот выбор, разумеется, направлен на формирование рукотворной деградации и постепенного нивелирования титульных языков нашей республики (также, как национальных языков РФ), так как для достижения высоких результатов аттестата родители и дети будут избирать путь наименьшего сопротивления. Так было бы в отношении всех других предметов, если бы такой выбор был предоставлен.
В поисках причины деградации национальных языков мы регулярно сталкиваемся с обвинениями в адрес семьи, родителей, учителей и даже детей.  Такое антинаучное мнение всерьез высказывается даже некоторыми учеными. Обвиняют несовершенство программ и методов образования. Между тем, деградация на образовательном и воспитательном уровнях — не причина, а следствие несостоятельной языковой политики государства.  Это можно видеть на примере 14 школы, когда «отказ» детей от родных языков директор объясняет недостаточной квалификацией учителей, но при этом замалчивается анонимная установка, спущенная сверху, которая явилась причиной всех этих откровенно вредительских «реформ». Таким образом, неосознанная или сознательная подмена причинно-следственных отношений дает возможность снимать ответственность с гос. структур, отвечающих за сохранение и развитие нац. языков РФ. 
Но самым опасным нам представляется то обстоятельство, что администрация школы своими действиями нарушает моральные и психологические основы учеников; трудно представить, к каким последствиям такие педагогические и нравственные нарушения могут привести.
Мы подошли к черте, когда решается судьба национального языка, и она зависит исключительно от каждого из нас; ни от отдельно взятого Правительства, Президента, Парламента, конкретных активистов, специалистов, представителей той или иной партии, учреждения, а от всей совокупности членов общества без исключения, начиная от президента, кончая рабочим, - значит, от каждого в отдельности. Именно это единство (или его отсутсвие) определит  будущее наших наций.
Ранее мы уже приводили пример безграничных возможностей, когда добрая прогрессивная политическая воля молодого государства Израиль, опираясь на волю народа, вдохнула жизнь в давно угасший идиш, который считался мертвым  1800 лет (!). Теперь он активно функционирует как гос. язык.
Замечательный результат общественной интеграции мы можем привести на примере 14 школы:
  1. Из любви и неравнодушия к своему языку нашлись свидетели, которые обрисовали нам общую ситуацию.
  2. В нашем учреждении КБИГИ посвященный в ситуацию специалист-филолог довел информацию до нескольких представителей общественности, которые вместе вынесли решение составить обращение на имя Главы КБР.
  3. 81 человек преимущественно из числа специалистов и представителей общественности подписали составленное нами обращение.
  4. Мы выложили этот документ в сети, чтобы ситуацию предать огласке.
  5. Обращение буквально взорвало Интернет. Именно общественное возмущение и ничто другое повлияло на то, чтобы в 14 школе оставили преподавание родных языков в старших классах.
Если бы отсуствовало хотя бы одно звено из перечисленной цепочки предпринятых действий, ситуация по республике стала бы совершенно иной.
Но какой же на этом общем фоне была реакция со стороны официальных лиц?... Как было сказано выше, мы столкнулись с откровенной дезинформацией.
Мы по-человечески все понимаем и не спешим осуждать: в это очень непростое время каждый несет ответственность за себя, свои семьи, детей, за их будущее. Чтобы не потерять работу, требуется гибкость, толерантность и очень большой запас терпения. Но значит ли это, что ради своих личных выгод можно предавать национальные, народные интересы?  Давайте, наконец, вспомним, что министерства, правительства, чиновники работают лишь затем, чтобы  отставить национальные, народные интересы и честно служить им.
Невольно вспоминается Долорес Амбридж, персонаж из широко известного романа-фэнтези «Гарри Потер». Она работала в министерстве магии помощником министра. Когда Гарри Потер, столкнувшись лицом к лицу со страшным волшебником Волан-де-Мортом, рассказал в классе о том, что он жив, Амбридж, зная, что это правда, утверждала, что маг давно умер и заставляла Потера много раз писать одну фразу «я не должен лгать» и даже выжгла эту фразу на тыльной стороне его кисти. Своим подобострастием, лицемерием,  приспособляемостью к политике власти Амбридж весьма успешно продвинулась по карьерной лестнице. Этот персонаж ныне вызывает навязчивые ассоциации.
Если деструктивные действия в отношении национальных языков еще вчера можно было назвать бездумными, то сегодня их следует называть противоправными и злонамеренными – не только со стороны федерального «донора», но и со стороны регионального «реципиента». Поскольку первый несет ответственность за сознательное разрушение языков, а второй (реципиент) — ответственность за сознательное допущение разрушительной модели.
И если мы все вместе не сможем отстоять национальные языки, наши праправнуки обязательно скажу, что их настоящие предки сто лет отдавали жизни в борьбе за независимость, а 150 лет спустя потомки в мирное время почти добровольно «сдали» свой язык. И нет никаких оснований ожидать, что так же легко вскоре не сдадут собственные уникальные культуры. Анализируя причины, кто-нибудь из будущих пытливых историков найдет того, кто больше всего повинен в этой трагедии, – широко собирательный образ героини Амбридж, которая, как известно, в конце концов оказалась в крепости Аскабан.
 
ХАКУАШЕВА М., доктор филологических наук, ведущий научный сотрудник КБИГИ, член Союза писателей РФ, член КПК (Клуба писателей Кавказа) . 

 

 

лента новостей

посещаемость

Посетители
1
Материалы
968
Количество просмотров материалов
2674715