Здравоохранение

20 января 2012 в следст­венном управлении СКР по КБР было возбуждено уголовное дело по факту гибели в Республиканской детской клинической боль­нице восьми новорожденных ("Газета Юга» №4, 2012).

В ходе расследования после проведения ряда следственных действий и судебно-медицин­ских экспертиз из названного дела выделено уголовное дело по двум эпизодам в отношении 48-летней К. -хирурга-неонатолога хирургического отделения РДКБ.

26 декабря 2011 в Майской районной больнице родился Ш. с массой 830 г ростом 35 см недоношенным. В связи с тяже­лым состоянием выездная реа­нимационная бригада 29 дека­бря доставила его в РДКБ. Спе­циалисты Российского центра судебно-медицинских экспертиз Минздрава РФ установили, что проводимое Ш. в РДКБ меди­каментозное лечение не было противопоказано установлен­ному диагнозу, «однако терапия была неадекватна состоянию ребенка».

 

Эксперты пришли к выводу, что ребенку с целью обезболива­ния однократно был введен промедол в 12.35 третьего января 2012: «То есть операция лапароцентез (в 10.00) была проведена без анестезии. Если учесть, что действие промедола не более 4 часов, то с 16.30 до смерти, наступившей в 19.10 третьего января, Ш. находился без после­операционного обезболивания».

Комиссия экспертов пришла к выводу, что лечение, оказан­ное Ш., «было неадекватным его состоянию и диагнозу и состоит в прямой причинно-следствен­ной связи с его смертью».

10 января 2012 в городской больнице родился К. массой 4050 г, ростом 50 см. В связи с тяжелым состоянием он в тот же день был доставлен в РДКБ. Несмотря на диагноз, К. не был срочно прооперирован и скон­чался 11 января в 8.30 утра. Спе­циалисты экспертного центра Минздрава России пришли к выводу: выявленная у ребенка генерализованная форма меко-ниевого перитонита «является абсолютным показанием к про­ведению радикального срочного оперативного вмешательства».

Хирург-неонатолог К. обо­сновывала невозможность сроч­ной операции «крайне тяжелым состоянием ребенка: токси­коз, гиповолемия, дыхатель­ная недостаточность». Однако комиссия экспертов не выявила у младенца противопоказаний к срочному оперативному вме­шательству.

Эксперты также констати­ровали, что ребенок не получал адекватного обезболивания при лапароцентезе: «Пациент полу­чил дозу промедола 0,0002 мг на килограмм массы тела при мини­мально необходимой 0,05 мг/кг, то есть столь низкую, что обез­боливанием это назвать нельзя».

По мнению экспертов, после операции ребенку лишь одно­кратно был введен промедол: «С 3.20 до смерти в 8.35 он находился без послеоперационного обезболивания».

После лапароцентеза и под­тверждения самой тяжелой формы мекониального пери­тонита лечащий врач-хирург К. должна была назначить пред­операционную терапию с ука­занием конкретных препаратов и дозировок, включающую не менее двух антибактериальных препаратов (был назначен один), метрогил (не назначен)- пре­парат, влияющий на анаэроб­ную флору, а также адекватную инфузионную терапию. Этого не было сделано. Кроме того, ребенку был назначен цитохром С, давно исключенный из пере­чня лекарств, применяемых в неонатологии.

За время пребывания мла­денца в РДКБ его лишь один раз осмотрел хирург, а реаниматолог-неонатолог делал это «крайне редко» - с перерывом в 8 часов 40 минут, а не через каждые три часа.

По мнению следствия, хирург-неонатолог К. «в резуль­тате ненадлежащего исполне­ния своих профессиональных обязанностей не выполнила в полном объеме возложенные на нее задачи, чем причинила смерть двум новорожденным».

Следствие считает, что в ее действиях имеются признаки преступления, предусмотренные частью 2 статьи 109 УК РФ (при­чинение смерти по неосторожно­сти вследствие ненадлежащего исполнения своих профессио­нальных обязанностей).

К. находится в статусе подо­зреваемой. Следствие продол­жается.

Муса Эльдаров


 

 

лента новостей

посещаемость

Посетители
1
Материалы
1031
Количество просмотров материалов
3092428