В Кировской области продолжается процесс по делу мусульманина из Кабардино-Балкарии Альберта Бегидова. В 2014 году он был осужден как участник вооруженного конфликта в Нальчике. По мнению правозащитников, суд по “делу-58” проходил с многочисленными нарушениями, признания выбивались под пытками. По обвинению в терроризме Альберт Бегидов получил 12 лет лишения свободы в колонии строгого режима. За две недели до освобождения против него было возбуждено новое уголовное дело. На это раз кабардинца обвиняют в нападении на сотрудника ИК-6 в Кировской области.

 

 Этапом в Омутнинск

Омутнинск – маленький городок, затерянный в лесах на севере Кировской области. Название свое ведет от речки Омутная – притока Вятки. В XVIII столетии здесь был построен чугуноплавильный завод, который работает до сих пор. Центр города украшает огромный якорь, части маховика прокатного стана и “доска почета” с фотографиями передовиков металлургического производства. Но сейчас городок больше известен не как центр металлургии, а как один из центров современного российского “ГУЛАГа”. В Омутнинском и соседнем Верхнекамском районах расположено около десяти колоний общего, особого и строгого режимов. Все эти “исправительные учреждения” имеют зловещую репутацию, особенно – ИК-6 в пос. Восточный, где командует полковник внутренних войск Александр Бибик. Заключенные, отбывшие срок в этом “исправительном учреждении”, иначе как “омутнинский ад” его не называют. Те, кому повезло вырваться из “ада”, рассказывают об издевательствах, избиениях, сексуальном насилии и пытках.

Однако для того, чтобы привлечь виновных к уголовной ответственности, как правило, не хватает доказательств. Жалобы заключенных привычно заканчиваются исками о клевете и новыми сроками для “жалобщиков”. В 2017 году в Кировской области “за ложный донос” на сотрудников ФСИН были осуждены заключенные Алексей Галкин и Эдуард Горбунов.

В “омутнинском аду” довелось побывать “пособнику террористов” из Кабардино-Балкарии Альберту Бегидову. В 2005 году 23-летний выпускник агрономического факультета Сельскохозяйственной академии Нальчика стал участником драматических событий, которые чуть не закончились еще одной войной на Кавказе. 13 октября 2005 года отряды боевиков неожиданно напалина республиканские управления ФСБ, МВД, ФСИН, антитеррористический центр “Т”, базу ОМОНа, погранотряд и другие объекты силовых структур.

В центре Нальчика велись бои, для подавления вооруженного восстания были вызваны регулярные войска. На сутки столица Кабардино-Балкарии оказалась в осадном положении, все правительственные учреждения были закрыты, не работали телефоны, жители боялись выходить на улицы, где свистели пули. Согласно официальной информации во время боевых действий погибли 15 мирных жителей, 35 сотрудников различных силовых структур, 95 террористов, более 100 человек ранены. Ответственность за эту акцию взял на себя лидер исламских террористов, командир нелегальной боевой организации “Кавказский фронт” Шамиль Басаев.

По версии следствия, сторонники салафитского ислама объявили джихад неверным и намеревались создать “исламское государство” в отдельно взятой кавказской республике. По версии местных жителей, вооруженное восстание было спровоцировано репрессиями в отношении мусульман, закрытием мечетей, избиениями, пытками и даже убийствами верующих.

На сайте “Нальчик-2005” опубликовано письмо родственников погибших мусульман:

“МВД КБР под видом борьбы с религиозным экстремизмом начало активную борьбу с ни в чем не повинными мусульманами, которые ходили в мечети. Вот таким образом, истинно верующих бескорыстных, добропорядочных наших сыновей записали в “ваххабиты”…

Доставленных в органы МВД жестоко избивали, были случаи, что насиловали дубинками, на половые органы наматывали проволоку и подключали электричество, на них мочились, прижигали кожу сигаретами и т. п. Как Вы думаете такое можно долго терпеть? Выступление 13 октября является вооруженным восстанием исключительно против силовых структур КБР, а не терроризмом против мирного населения… Наш народ отличается своей терпеливостью. И если это терпение иссякло, значит, для этого были очень серьезные причины…”

По подозрению в причастности к “Кавказскому фронту” и другим террористическим организациям было задержано около двух тысяч человек, на скамье подсудимых оказались 58, один умер до окончания процесса. Остальные во время суда заявили, что их показания получены под пытками. Тем не менее все обвиняемые по “делу-58” были признаны виновными и получили различные сроки лишения свободы: от нескольких лет до пожизненного заключения.

Альберт Бегидов по обвинению в терроризме, участии в вооруженном мятеже и других преступлениях был осужден на двенадцать лет и один месяц. Свою вину он так и не признал, заявив, что “крови на нем нет”. Его мать Хафисат Бегидова не видела сына с тех пор, как его отправили этапом в Кировскую область. Разговор с ней записан в одном из мессенджеров в интернете.

 

Хафисат

– К сыну в Киров ездила только один раз, но свидания они мне не дали, – спокойно рассказывает Хафисат Бегидова, но в ее голосе звучит затаенная боль. – Один мой сын Альберт сидит в Кировской области, другой в Забайкальском крае, третий похищен. Я не знаю, кто похитил, и не знаю, жив ли он и где находится… Они разорили всю нашу семью.

– Кто “они”?

– Люди в погонах. Началось все с того, что молящихся стали прижимать, издеваться, работы им не давать, мечети закрывать, запрещать молиться.

– Ваша семья исповедовала какой-то особый ислам, нетрадиционный? Вы знаете, что такое салафизм?

– Нет, впервые слышу, – удивляется Хафисат. – Мы традиционный ислам держим, такой же, как наши деды и прадеды держали. Мой сын Альберт изучал арабский язык в мечети Нальчика, он хотел читать Коран в подлиннике. Когда его схватили, он только что закончил Сельхозакадемию. Недавно женился. Его сын Халид родился, когда он уже был в тюрьме.

– Как агроном стал участником вооруженного конфликта?

– В тот день – 13 октября 2005 года – ему позвонил друг и попросил прийти на встречу. Сказал, что идет “разборка” и нужно помочь. Он пошел, не зная, куда идет и что там происходит. В центре города уже стреляли. Автоматной очередью ему прошило губу, ранило в руку, в плечо, он упал, потерял сознание, его отвезли в больницу. Он лежал под капельницей после операции, в палату ворвались силовики, швы сорвали, капельницу сорвали, бросили полуголого на пол в свою машину и всю дорогу его били – ногами пинали! Что только с ним не делали! Потом бросили в машину, которая возит трупы. Среди горы трупов он лежал. Потом кто-то расслышал стон, увидели, что жив еще человек, вытащили. Всех мужчин, кого схватили на улицах, так сильно пытали, что они теряли сознание. Так их водой обольют и снова пытают, чтобы они признались, что они бандиты!

– Они признались?

– Большинство признались, но потом на суде сказали, что не виновны! Но их никто слушать не стал, им было все равно, лишь бы осудить кого-нибудь! Я считаю, что из 58 человек виновны только два-три человека, остальных схватили случайно! Настоящие боевики убежали в лес... И власти специально им открыли коридор, чтобы они ушли! А наши мальчики сидят. У Артура срок 14 лет, у Альберта срок – 12 лет. Должны были выпустить Альберта, но не выпускают… Провокацию сделали ему!

 

 Провокация?

В “клетке” суда Омутнинского района молодой человек с бледным изможденным лицом, изуродованной после ранения губой и большими карими глазами. В его облике и поведении трудно заметить что-то зловещее: ни “ваххабитской” бороды, ни фанатичных речей с обязательными цитатами из Корана, ни презрительного взгляда в отношении женщины с непокрытой головой. Трудно поверить, что перед тобой последователь радикального ислама, отсидевший 12 лет за участие в террористической операции. Уже после отбытия наказания за терроризм агронома Альберта Бегидова обвиняют в новом преступлении: “дезорганизации деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества”. “Действуя умышленно, применил неопасное для здоровья и жизни насилие в отношении сотрудника места лишения свободы – оперуполномоченного оперативного отдела ФКУ ИК-6 ФСИН по Кировской области Е. Прошкина, причинив тому физическую боль”, – говорится в рапорте Следственного комитета.

– Что же случилось на самом деле?

– Я находился в СИЗО Кирова, где меня посетил куратор от ФСБ, – рассказывает Альберт Бегидов. – Сначала он предложил сотрудничать, но я отказался. Потом он сказал: “Возьми на себя какое-нибудь дело, года два отсидишь, выйдешь со спокойной душой!” Я ответил: "Я и сейчас со спокойной душой выйду. Я не хочу брать на себя никаких дел!" Тогда он объяснил: “В 2018 году чемпионат мира по футболу будет в России, и ты не должен быть на воле в это время!” И мы с ним вроде бы договорились, что они мне надевают электронный браслет, я беру свою семью и уезжаю на Дальний Восток – в такой город, где не будет никаких игр по футболу…

После “беседы” с куратором Бегидова вывели на прогулку, а когда он вернулся в камеру, при обыске обнаружили… бритвенные лезвия. На следующий день ситуация повторилась. Как злостный нарушитель режима, кабардинец был этапирован в ИК-6 Омутнинского района, где содержался в ЕПКТ (едином помещении камерного типа, предназначенном для самых злостных преступников. – РС).

– По средам в ИК-6 баня, – продолжает рассказ Бегидов. – Вывели втроем, завели в “помывочное помещение”. Потом один заходит: “Ты готов?” Я говорю: “Да, я готов, помылся!” Он мне говорит: “Воду не выключай!” Через какое-то время приходит второй, тоже спрашивает: “Готов?” Я говорю: “Я давно готов!” Он закрывает дверь. Вдруг они толпой забегают, надевают на меня наручники, ведут в камеру. Я спрашиваю: “Что случилось, гражданин начальник?” Они кричат: “Ты напал на сотрудника!” Ну, так я и узнал, что якобы напал на кого-то…

Главным и практически единственным доказательством в уголовном деле Альберта Бегидова является запись камеры наблюдения, установленной в полутемном коридоре тюремного помещения. На пленке отчетливо видно, что сотрудник ИК-6 Евгений Прошкин падает на спину, словно от толчка, однако, кто именно его толкнул или он сам упал, остается за кадром.

 

 Полет по диагонали

Допрос капитана внутренней службы Прошкина в суде Омутнинского района продолжался несколько часов. От фото и видеосъемки капитан категорически отказался. Поэтому изображение "пострадавшего" Прошкина будет чисто словесным: это хорошо накачанный молодой человек, с невыразительным лицом и пустыми глазами, не слишком общительный, но очень веселый. Рассказывая об обстоятельствах "нападения заключенного", он не может сдержать улыбки.

– В этот день была помывка осужденных, – говорит капитан Прошкин. – Бегидов мылся последним, мы его завели в помывочное помещение и оставили. Через 15 минут инспектор Калинин пошел сказать Бегидову, чтобы он заканчивал помывку, но Бегидов продолжал мыться. Я открыл дверь, зашел в помещение и спросил осужденного, почему он не выходит. Бегидов стоял ко мне спиной и набирал в тазик воду. Он повернулся, сказал: “Как вы меня все достали!”, подошел ко мне, схватил правой рукой за плечо, левой за форменную одежду, со всей силой дернул на себя, ударив в грудь, а потом оттолкнул от себя. Когда он толкнул меня, я начал пятиться назад, наткнулся на отсекающую решетку, споткнулся о порог и выпал в коридор.

– Что вы испытали при этом? – интересуется прокурор.

– Я испытал физическую боль.

– Вы обращались за медицинской помощью?

– Да, в медсанчасти ИК-6 зафиксировали царапины и гематомы на правой руке и левой ноге в области сухожилия.

– Какие-то повреждения форменного обмундирования были у вас?

– Он мне сломал погон на левом плече и оторвал пуговицу! Две пуговицы оторвал!

– Объясните суду, – продолжил допрос адвокат Тимур Идалов, – когда Бегидов якобы вас толкнул, вы сначала налетели на решетку, а потом под углом в 90 градусов вылетели в коридор? Как такое могло случиться?

– Да, я летел по диагонали! – насмешливо подтверждает капитан Прошкин.

– Ваше рабочее время в этот день закончилось в 14.00, а вы продолжали находиться на службе до 14.30? Почему вы не ушли, когда смена закончилась?

– У меня есть должностные обязанности, я находился на дежурстве и вел помывку заключенных.

– По должностным инструкциям, когда заходят к осужденному в помещение, сколько при этом должно быть сотрудников? – включается в допрос обвиняемый Альберт Бегидов.

– Трое должно быть.

– А сколько зашло ко мне?

– Я зашел один.

– Кстати, я агрессивно вел себя?

– Когда нападали, да, – Прошкин усмехается.

– Почему вы все время смеетесь?! – удивляется адвокат Идалов.

– А они все время провоцируют! – Прошкин указывает на адвоката Идалова и его подзащитного. – Уже и Божьим судом грозили и Аллахом пугали! Ну, разве не смешно?!

Адвокат Тимур Идалов предлагает провести проверку показаний капитана Прошкина на полиграфе. Но от такого испытания смешливый оперуполномоченный уклонился.

Во время слушаний в суде Омутнинского района адвокат Тимур Идалов заявляет ходатайство об “изменении меры пресечения”.

– Ваша честь, – обращается Идалов к судье. – Мой подзащитный уже отбыл наказание за то преступление, которое ему вменялось в вину. Он отбыл весь срок до последнего дня, но продолжает сидеть в тюрьме по обвинению в преступлении, за которое он еще не осужден! Мой подзащитный не имеет намерений скрыться, у него есть семья, профессия, он хочет приносить пользу обществу. В поселке Восточный Омутнинского района для Альберта Бегидова снята квартира, где он сможет жить и являться по вызову суда на все заседания!

Судья после недолгого размышления в совещательной комнате принимает предсказуемое решение: “отказать в виду того, что обвиняемый может скрыться от суда, а также продолжить заниматься преступной деятельностью”. Альберт Бегидов останется под арестом до августа, ему снова надевают наручники. Перед этапом в СИЗО-2 Кирова мне разрешают еще раз поговорить с заключенным.

– Вас бьют сейчас?

– На ЕПКТ ИК-6 били, не скажу, что сильно, но попадало за разные “провинности”, – признается заключенный Бегидов. – Например, сотрудник подходит, надо ему сказать: “Здравствуйте!” Потом он уйдет и снова вернется, и надо ему опять сказать: “Здравствуйте!” А если не сказал, то за это можно схлопотать… За любую “провинность” каждый месяц стабильно отправляют в карцер. Например, плохо помыл унитаз – карцер. А как я его помою? Дайте мне моющие средства, дайте хлорку, дайте отбеливатель, я помою! Они смеются: “С моющими средствами всякий помоет! А ты попробуй так!” Что же мне его ногтями скрести? А то на стене вдруг найдут паутину и опять в карцер! Коран отобрали, не дают читать на арабском языке! Говорят, что только на русском разрешается. Уголовно-процессуальный кодекс тоже забрали, хотя он на русском!

– Вы молитесь?

– Пять раз в день, как положено мусульманину.

Адвокат Тимур Идалов вручает Бегидову пакет – пиццу из омутнинского кафе и другие продукты. Заключенного уводит конвой.

Если вина Альберта Бегидова будет доказана в суде Омутнинского района, ему грозит срок до пяти лет лишения свободы и возвращение в заключение. Следующее судебное заседание состоится 14 июня 2018 года.

 

источник: https://www.svoboda.org/a/29250223.html


 

 

лента новостей

посещаемость

Посетители
1
Материалы
925
Количество просмотров материалов
2297329